За столом дружбы в клубе «Вдохновение»

 

По-армянски говорят: «Джан, проходи, ты у себя дома!» — и именно так встретили друг друга вышивальщицы клуба «Вдохновение», собравшись за одним столом, накрытым щедро, как это принято в доме: чтобы каждый гость почувствовал себя самым дорогим человеком на свете.

Клуб любителей вышивки «Вдохновение» собрался для открытия первой персональной выставки работ армянской вышивальщицы Шогик Робертовны Атанакинян.

 

 

Начало стола – первый тост. Слово взяла Светлана Никифоровна Мичурина. Вы часто увидите её рядом с Шогик Робертовной на наших фотографиях. Её тост был посвящён виновнице торжества — с поздравлением, сказанным от сердца. Как говорят в Армении: «Слово тоста должно идти от дна души».

 

 

Второй тост – это всё ещё первый тост. Его подняла Наталья Викторовна Абт — о признании Шогик Робертовны в родном клубе «Вдохновение» и о том, что впереди у неё признание широкой публики: её ждёт первая персональная выставка. Гости одобрительно закивали: за таким тостом и бокал поднимается легче.

 

 

Приятные слова лились сами собой — как принято за армянским столом, где доброе слово считается частью угощения: чтобы всё в жизни Шогик было в радостных тонах, ведь и на её картины смотреть приятно — буйство красок радует глаз, как весенний сад в Ереване.

 

Радость стола — торт. Заведующая модельной библиотекой Галина Михайловна к своим сладким речам добавила сладчайшее угощение от шеф-кондитера. Как его имя? Пока секрет.

 

Гордость стола — именинница. Уникальность работ Шогик Робертовны в том, что она создала свой собственный «почерк», свой стиль вышивания гладью. Подобного нет даже в Армении — а ведь армяне большие выдумщики! Здесь гости улыбнулись и дружно согласились: этот комплимент Шогик Робертовна заслужила по праву.

 

Обратите внимание на третью картину справа в верхнем ряду.

 

Сама Шогик Робертовна считает себя поклонницей Мартироса Сергеевича Сарьяна (1880 –1972) — выдающегося армянского и советского художника-пейзажиста, графика и академика, основоположника современной армянской школы живописи. Его называют «мастером цвета» и «художником солнца» — за невероятно яркие, насыщенные светом полотна. И ученики его до сих пор рисуют яркие картины. Шогик Робертовна доказала это своими нитками вместо кисти: она вышила одну из работ М.С. Сарьяна, и та заняла почётное место в центре экспозиции — как гостя сажают на лучшее место за столом.

 

Этих девушек мы видим не в первый раз

 

Истории у стола. А дальше уже не тосты, а просто добрые слова друг другу сыпались, как зёрнышки граната — одно к одному. Про то, что на картины Шогик Робертовны смотреть — одно удовольствие: краски такие живые, будто солнце в них спрятано.

И тут героиня дня тихонько рассказала про самую первую свою работу — на детской пелёнке. Как она её во время пандемии вышила, когда вся семья в четырёх стенах сидела. И как в этой вышивке всех восьмерых родных показала — каждого по-своему, но всех сразу узнаёшь. И в зале будто тише стало: все слушали и думали про свои семьи, про то, как важно, когда рядом свои. «Семья — наш дом, а дом — наша крепость», — говорят в Армении, и в тот вечер все это почувствовали.

 

 

А ещё мастерица рассказала, что в её семье у каждого руки золотые: кто рисует, кто по дереву вырезает, кто макраме плетёт, кто ожерелья собирает. Настоящая мастерская талантов! А она сама к вышивке пришла через бабушкину работу: нашла как-то, посмотрела на эти тонкие стежки и поняла — вот оно, моё. Не поступила тогда на курс армянской миниатюры в Ереване, зато нашла свой путь. И теперь её работы даже за границей любят — будто судьба сама её за руку вела.

 

Интересно, что скажет молодёжь? Слово взяла Настя, дочка Людмилы Анатольевны Булатовой. Улыбнулась и рассказала про вышивку «сашико»: мол, в ней тоже есть своя особая тишина и ритм, будто стежки ведут спокойный разговор. И тут же мягко, по-доброму, подвела к армянским традициям: ведь и у армян кружево рождается из того же простого союза — иголки, нитки и терпеливых рук. Это не про спешку, а про любовь к делу: каждый узелок, каждый стежок — как доброе слово, сказанное негромко, но от всей души.

 

 

И, конечно, отметила, как тонко это умеет делать Шогик Атанакинян: её кружево  словно дыхание узора, лёгкое и в то же время крепкое, будто сплетено из памяти и тепла. В нём и бабушкины руки чувствуются, и собственный, ни на кого не похожий почерк. Все тихонько закивали: да, когда человек так чувствует нить, это видно сразу — и в каждом изгибе, и в каждой тени на полотне.

 

Армянское кружево в исполнении Ш.Р. Атанакинян. Игла и нить.

 

Некоторые посетительницы выставки утверждают, что в Армении женщины во дворах такие кружева плетут практически не глядя на само изделие. Потому что некогда, потому что надо успеть со всеми знакомыми поговорить.

Под занавес открытия слово взяла Карина Мкртчян, мама Лианы Мкртчян, уфимской художницы, жены и матери троих детей. Улыбнулась и сказала просто: «Как будто я давно вас всех знаю!» И правда ведь: за таким столом, где говорят от души, чужие становятся родными, а родные — ещё ближе.

 

 

Долго не расходились, да и не хотелось уходить. Встреча была такой тёплой, и солнце не спешило садиться.

Вы спросите нас: «А где Гоша?» Мы вам ответим:

 

Гоша — эксперт по глади.

 

Гоша — эксперт по японской вышивке.

 

Гоша с нами!